(по материалам МК.RU)
В Камерном музыкальном театре им. Б.А.Покровского состоялось прослушивание новой оперы Александра Журбина «Мелкий бес» (либретто Валерия Семеновского по одноименному роману Федора Сологуба).
Роман, написанный в начале прошлого века, сразу же вызвал брань критиков и злобу читателей, шокированных описаниями мерзости российской провинциальной жизни. Спустя более ста лет роман впервые стал основой для оперы — мощной двухактной композиции для 12 оперных певцов и оркестра.
Александр Журбин давно мечтал написать оперу на этот сюжет. Прочитав пьесу Семеновского «Тварь», созданную по этому роману, композитор увидел в ней крепкую основу для либретто. В текст были добавлены стихи самого Сологуба, Пушкина, Державина и некоторых других поэтов. На показе автор сам играл и пел за всех, но все же три арии исполнили солисты театра — Алексей Мочалов, Ирина Алексеенко и Захар Ковалев.
— А почему вдруг сейчас «Мелкий бес»? Ведь прошло 110 лет?
— Знаете, есть вещи всегда актуальные. Таков Гоголь, таков Салтыков-Щедрин. И этот роман из того же ряда. Поразительно, что кое-что в России (да и в других странах) не меняется. Меняется все лишь внешне — наши средства связи, транспорт, мода, архитектура, — но люди остаются теми же, со всеми своими пороками и недостатками. И то, что описано у Сологуба — мерзость маленьких людей, их гадкие страстишки, зависть к ближнему, желание опозорить соседа, соблазнить малолетнего, — все это узнаваемо и сегодня.
— Каков жанр вашей оперы?
— Это странное сочетание очень смешной комедии (даже на прослушивании зрители хохотали) и самой страшной чернухи. Я вообще хотел назвать это опера-гиньоль или опера-макабр. Кажется, такого еще не было. Только у Лигети есть опера «Большой Макабр» (Le Grand Macabre), но там это не название жанра, а название оперы.
— Предназначена ли эта опера для узкого круга «опероманов» или все же она будет понятна и широкой публике?
— Я очень надеюсь, что она будет понятна всем. Ну всем, кто в принципе интересуется искусством, литературой, музыкой. Хотя музыкальный язык там непростой и далек даже от современного мюзикла, но все же я старался написать музыку, действующую прямо на чувства людей.
— Когда нам ждать премьеру?
Надеюсь, что скоро. Хотя в опере этот процесс всегда очень долгий...
— А почему вдруг сейчас «Мелкий бес»? Ведь прошло 110 лет?
— Знаете, есть вещи всегда актуальные. Таков Гоголь, таков Салтыков-Щедрин. И этот роман из того же ряда. Поразительно, что кое-что в России (да и в других странах) не меняется. Меняется все лишь внешне — наши средства связи, транспорт, мода, архитектура, — но люди остаются теми же, со всеми своими пороками и недостатками. И то, что описано у Сологуба — мерзость маленьких людей, их гадкие страстишки, зависть к ближнему, желание опозорить соседа, соблазнить малолетнего, — все это узнаваемо и сегодня.
— Каков жанр вашей оперы?
— Это странное сочетание очень смешной комедии (даже на прослушивании зрители хохотали) и самой страшной чернухи. Я вообще хотел назвать это опера-гиньоль или опера-макабр. Кажется, такого еще не было. Только у Лигети есть опера «Большой Макабр» (Le Grand Macabre), но там это не название жанра, а название оперы.
— Предназначена ли эта опера для узкого круга «опероманов» или все же она будет понятна и широкой публике?
— Я очень надеюсь, что она будет понятна всем. Ну всем, кто в принципе интересуется искусством, литературой, музыкой. Хотя музыкальный язык там непростой и далек даже от современного мюзикла, но все же я старался написать музыку, действующую прямо на чувства людей.
— Когда нам ждать премьеру?
Надеюсь, что скоро. Хотя в опере этот процесс всегда очень долгий...
